— Пинн-пн-пн-пнн.
Через открытую форточку контрольно-пропускного пункта прозвучал бодрый рефрен, напоминающий звуки горна в оркестровой обработке:
— Вы слушаете Милицейскую волну… Местное время – десять часов.
-Ты куда полез? Не видишь: ковёр чистый лежит? – прорычал водитель. От возмущения бесцеремонностью охранника, который без предупреждения поднялся к огромной кабине сверкающего Катерпиллера, он картинно поднял кверху руки.
Недавно отчеканенный, в блестящем мельхиоровом мундире, столь безупречном, что сияло каждое перышко на двуглавом орле банка России, Два рубля имел все основания предполагать успешное будущее. Возможно, не безоблачное, но определенно благополучное, в котором ему — начинающему финансисту и специалисту федерального уровня — суждено сыграть не последнюю роль. А свежая ветвь, извивающаяся вдоль ранта с особым изяществом, непременно превратится в лавровый венец.
Эта история произошла в деревне на краю обжитого мира, среди лесов и болот, по которым ходи не ходи, а конца и края не сыщешь.
***
Катя — хрупкая девчушка шести лет — сидела за столом, постукивая пятками о ножки стула.
На обед бабушка приготовила супчик. Бульон прозрачный, солёненький, с жёлтыми глазками масла. Похлебаешь такого и перехочется пить. Капустка в супе тонкая, белая, прозрачная. Если жевать по одному кусочку, то можно почувствовать жгутики, скрепляющие листок.
В один из июльских дней супруги Макины оставили свои завещания у нотариуса и купили билеты в Крым. Сомнений и страха ни у Леонида Александровича, ни у Анны Васильевны не было. Может потому, что за время СВО истосковалась душа по любимой дочери и обожаемому внуку, которые жили в поселке под Симферополем, а может, причина была в том, что, перешагнув пятидесятилетний рубеж, жизнь не казалась им такой уж непредсказуемой и вечной.
Меня также как и вас достали звонки из банков, автосалонов и офисов продаж. Поначалу я, как человек воспитанный, пытался вступать в диалог, слушать предложения, оспаривать. Мои вежливые отказы налипали на зубах, как ириски. Вскоре я и вовсе заметил, что товарищам из колл-центра в принципе по барабану отвечаю я им «да» или «нет». Можно было открыто послать их куда подальше, а они продолжали услужливо наговаривать свой текст. Люди бы так точно не смогли. За редким исключением. А потом мне рассказали, что никаких колл-центров уже давно нет. Звонят мне самые настоящие роботы! Нейросеть – величайшее изобретение 20-х – составляет и поддерживает разговор с потенциальным клиентом. Ну и как переспорить компьютер?
-Танго, Танго! Я Фокстрот! Прием! Мэйдей! Мэйдей!
— Фокстрот, Танго на связи! Прием! Доложите ситуацию!
— Танго, борт триста восемь совершил аварийную посадку в трех километрах на восток от Кандагара.
— Фокстрот, назовите себя!
— Капрал Джонсон, сэр!
Следующая встреча литературной студии «Белкин» пройдет 10 декабря.
Обсудим рассказ Марии Косовской «Фигура отца» (конкурсный рассказ №1)
disk.yandex.ru/i/QaksTue2…
Обсуждение пройдет в формате онлайн конференции.
Присоединиться к конференции:
meet.jit.si/Белкин
Начало в 19-00. Регистрация не требуется.
До встречи!
Парковка нашлась в десяти минутах от проходной. Выход из кондиционированного салона во влажную городскую жару был похож на выпадение из рая в предбанник геенны огненной. «Не хватает дыма», – думал он, вспоминая десятый год, когда от жары горели торфяники, и город полнился душной гарью, от которой негде было укрыться. Андрей Васильевич тогда много курил. По радио говорили, что полезней курить, чем пассивно вдыхать продукты горения чистыми легкими не приученного к дыму человека. Андрей Васильевич курил по другой причине – расставались со Светой. Пепельница топорщилась окурками, оба прикуривали одну за другой и орали друг на друга на кухне. В комнате сидела бледная худая девочка – дочь Анжела, и смотрела на ноутбуке мультики. В затишьях ссоры были слышны радостные слова: «Я родился». Это Лунтик, фиолетовый то ли медвежонок, то ли пчела, снова и снова заявлял о своем появлении на свет.
Горячий воздух над асфальтом дрожал. Андрей Васильевич чувствовал, что к спине и подмышкам липнет мокрая от пота ткань. «На рубашке останутся разводы, – думал он, – а мне презентоваться сегодня». Хотелось домой – на промятый диван, к детективному сериалу, к игре World of tank. Или хотя бы в прохладный кондиционированный салон автомобиля, где его по дороге на работу и застал звонок:
– НИИ Склифосовского, отделение реанимации. Анжела Андреевна поступила в пять часов сорок восемь минут. У нее записка с вашим номером. Вы ее родственник?
– Это моя дочь. Что с ней? Она жива?
– Передозировка запрещенными препаратами. Сейчас ей лучше. Через час-два можно забирать.
– Вообще-то я на работе. Некому больше? Мать?
– У нас нет других номеров. Если знаете кого-то из близких…
– Принято. Приеду сам.
Рассказ целиком по ссылке:
https://disk.yandex.ru/i/QaksTue204t9gg
Следующая встреча литературной студии «Белкин» пройдет 26 ноября.
Обсудим рассказ Виктории Савицкой «Затмение»
Текст по ссылке
Обсуждение пройдет в формате онлайн конференции.
Присоединиться к конференции:
meet.jit.si/Белкин
Начало в 19-00. Регистрация не требуется.
До встречи!