Зефир с небесами

1.
Тринадцать миллионов муравьёв.
Бегут, спешат, мчатся, удирают.
Идут, летят, тикают, замирают.
Уходят, тянутся, сидят, наступают.
Отходят, стоят, проносятся, расходятся.
Приходят, лежат, сидят, текут, катятся, шарахаются.
Трусят, драпают, ломаются, чураются, чуждаются, сходятся.
Успеть, успеть, успеть, как будто там спросят – что ж ты не успел?
Уф! Кое – кто успел приземлиться в офисе на пятьдесят втором этаже башни «Империя». Сейчас, в 9-50, их двое в проходном кабинете. Данила – юрист компании и его гостья – девушка Маша, ровесница Данилы.

Маша. (Стоит и смотрит в окно) Здесь и вправду полный улёт! Вот они, облака – облачёчки! Рукой можно достать! Или это только кажется? Наверное, все так говорят, но это правда! Летят, парят, несутся, мчатся, белоснежные зефирины! Ты знаешь, я, когда мелкая была, верила, что зефир делают из облаков. Мама сказала, чтобы я его не клянчила. Она говорила, что зефир для взрослых, я и боялась, как дура, пробовать, даже когда угощали – вдруг на небо улечу?
Данила. (Смотрит не в окно, а на Машу) Видишь, как я устроил: зефир не ела, а на небеса взлетела. Маша, не уходи!
Маша. Данила, кто же с небес добровольно уходит! Смотри, вот те облака похожи на семью (показывает на окно). Два больших держат за руки три маленьких. Даже облакам живётся лучше в семье – папа, мама и дети.
Данила. Когда облака вырастают, они становятся тучами. А тучи способны на всё. Надо только подождать. Маша, не уходи, я что-нибудь придумаю.
Маша. Не, не удобняк перед твоими светится.
Данила. Маша, я не об этом. Я им скажу, что ты пришла посмотреть на место, где нашли труп.
Маша. Труп? Прям здесь?
Данила. Натурально! Только не целиком, а расчленённый. Три части в чемодане из-под перфоратора: кусок бедра, правую руку по локоть, правую ногу в рабочем ботинке с завязанными шнурками. Наверное, вынести не успели из-за того, что шнурки завязывали.
Маша. Ой, я себе очень живописно представила…у соседки муж такой. Педант. Командир спецотряда, ментовского или ещё какого-то. Каждый день ей, как чёрный ворон, мозг клюёт. Придёт на кухню и следит что и как она готовит. Сам ни разу куриного яйца для яичницы не разбил, а жену наставляет, наставляет, наставляет. Какие специи, соусы, подливы к блюдам, сколько миллиметров масла, сыра, колбасы нарезать…точно! Стоит он такой собой довольный, что всё аккуратно в чемоданчик поместилось. Один непорядок – шнурки не завязаны! Непременно надо исправить! Поймали его?
Данила. Не думаю. Остальное искали по все стройке и не нашли.
Маша. Атас ваще! Как тут люди живут, работают?
Данила пожимает плечами.
У Маши звонит телефон. Рингтон: «Улетаю, улетаю, улетаю, улетаю я. Я пока еще не знаю, долечу ли я. Скажите небеса». Она сбрасывает вызов.
Маша. Кстати, какой рингтон мне поставить на твой звонок?
Данила. Аве Мария Вавилова. Хочу, чтобы ты всегда радовалась, когда я звоню.
Маша. Ок. Ватсапь, если что (уходит).
Данила. (открывает мобильник м набирает текст). Маша, врачи говорят, что мой диагноз от того, что, когда моя мама была на сносях, её пытали. То ли менты, то ли бандиты, не знаю кто. Бизнес у отца отжимали. Меня спасли, а её нет. Отец умер от сердца через три года. Меня растила тетка, мамина сестра, со своим мужем. А так я здоровый, ты же знаешь. Главное я узнал, где и как это лечится. Только деньги нужны. (Задумывается).
Входит Лена, замдиректора компании, девушка старше Данилы.
Лена. Привет! У тебя инфаркт случился? Печальку ел, да подавился?
Данила. (Стирает написанное) Лена, это не печалька, это скука! А у тебя чего случилось?
Лена. Ну, с женщинами всегда что-нибудь случается. Например, с причёсками. (Поправляет волосы).
Данила. (Не обращая внимания что-то ищет в компе) Плохое или хорошее? Приятное или неприятное? Пряное или солёное?
Лена. Ещё не решила. От тебя зависит. (Смотрит в упор на Данилу)
Данила. (Смотрит на монитор, делая вид, что не замечает пылкого взгляда Лены.) Ты в курсе, что суммарный вес муравьёв, ну, вообще всех что есть на земле, равен общей массе людей?
Лена. Данила, что, так заметно, что я за праздники поправилась?
Данила. Ни фига себе! У муравьёв два желудка.
Лена. Ну, нет, я не ела в два раза больше. Это всё из-за гидрометцентра – напрогнозировали январь холодным. Думаю – нет, потерплю пока, поживу без диеты, а весной стану худой и стройной. Обманули, суки! Весь январь ноль – плюс три! Для Москвы – это теплынь.
Данила. Это не из-за того, что муравьи прожорливы, как некоторые. Второй желудок нужен для того, чтобы хранить пищу и делиться с другими муравьями.
Лена. Мой бывший муж не хочет со мной делиться. Если бы он отдал то, что положено, хренас два, я бы работала! Как говорила моя мама: греби ушами в камыши, там весело!
Данила. Кстати, у муравьёв нет ушей.
Лена. Данила, ты меня не слышишь.
Данила. Вместо слуха они используют вибрацию.
Лена. Я тоже заметила, что наш небоскрёб вибрирует. Порой просто жуть берёт.
Данила. А у меня мандраж от скуки.
Лена. (подходит к столу Данилы) Если тебе так скучно, давай повибрируем вместе!
Данила. Что характерно, мужские муравьи живут не больше недели, в течение которой они постоянно контактируют с Королевой.
Лена. Значит непрерывно трахаются. Везёт! Только для человеческого счастья этот муравьиный принцип надо перевернуть. Я считаю, что муж должен быть младше жены. Если так будет, то у него в мозгах запишется: ага, она старше и раньше умрёт. Мой долг её похоронить. Кто-то из коучей по личностному росту. Блин, не помню кто, – не важно. Так и говорил: самое главное – формирование конотации долга в мозгу партнёра! А если старше там, или ровесник, пиши пропало. Утекёт, как выигрыш в лотерею.
Данила. Есть такая разновидность муравьёв, у которых мужиков вообще нет. Королева размножается бесполым путем, просто клонируя себя.
Лена. Ну, значит не всем везёт.
Входит Эля, директор компании, девушка старше Данилы, здоровается и направляется в свой запроходной кабинет.
Эля. Ага. Сегодня лучше про везенье не вспоминать, тринадцатое, все-таки. Вон за окном – туман да тучи! Лена, зайди ко мне.
Лена уходит в кабинет Эли.
Данила. Вообще – то там облака, а туч пока нет. Давай случай, случайся, а то умру от скуки.
2.
10-30. В кабинете Эли.
Эля. Слышь, бывшая жена, оставь Данилу в покое. Он мне сделал предложение, и я не собираюсь от него отказываться.
Лена. Мне стилист тоже сделал предложение. Каре с чёлкой и лесенкой, но я отказалась. Остановились пока на прямом срезе.
Эля. Ага. Только тебе это не поможет!
Лена. Оставь его в покое. У тебя есть Ник.
Эля. Ник это одно, а Данила – другое.
Лена. А ничего не треснет, хлеб с двух сторон маслом намазывать? Хуже муравья! У них два желудка, а у тебя две… Мужа увела, теперь за других принялась.
У Эли на телефоне звучит рингтон: «Это я, твоя мама звоню!», она отворачивается от Лены.
Лена уходит, а в кабинет заходит Данила.
Данила. Из бухгалтерии звонили – они там на ушах стоят. Без отчёта управляющей компании невозможно работать. А его всё нет. Моё предложение – пересмотреть с ними договор.
Эля. Ага. Я жду от тебя предложения, но другого. Я красива, ты привлекателен, оба умны, вместе нам скучно не будет. Ты обдумай все плюсы такой сделки, взвесь не торопясь.
Данила. Прошла пора прелюдий и вступлений.
Эля. О чём речь?
Данила. О волках. Трудно им.
Эля. Да, в связи с этими жуткими пожарами в Австралии, защита животных опять в тренде.
Данила. Это песня Высоцкого.
Эля. Ага. В Екатеринбурге самое высокое здание – Высоцкий. На Малышева. Пятьдесят четыре этажа, каждый этаж – год жизни, там еще музей есть. Мама ходила, а я музеи не люблю. Но она мне рассказывала.
Данила. Ну вот, сегодня день начинался обычно и скучно, а теперь – посмотрим!
Эля. Надо Карену позвонить.
Данила собирается уходить.
Маша. (Даниле). Подожди. (Набирает номер) Карен! Спасибо за комплимент! Я конечно согласно, что я самая красивая девушка в Москве, но… Карен! Мне отчёт нужен, а не комплименты… Нет, я не скучная, я деловая. Кофе попьёшь и вышлешь? Только быстрей!
Данила мнётся у двери, потом уходит в другой кабинет. Там Лена и Няня – девушка старше Эли и Лены.
Лена. Ты куда голову засунул? Оторвут её, на хрен, как тем муравьиным самцам.
Данила. Что наша жизнь? Игра! Труд, честность – сказки для бабья.
Лена. Ну вот, Няня, что я тебе говорила?
Няня молча проходит в кабинет Эли.
Эля. Няня! Что случилось? Что-то с Милой?
Няня. Сон. Сон мне случился! Сегодня ночью. Приснилось мне, что из ладони левой руки у меня стали вылезать муравьи. Я их стряхну, они опять лезут. Я их стряхну, а новые опять лезут. Прям сволочи какие-то. Трясу, трясу, не замечаю, где нахожусь. Глядь – а я на крыше этого небоскрёба, а на самой серединке чемодан стоит открытый, а в нём Мила, вся на кусочки порезанная. И говорит мне такая: Не волнуйся, Няня, твои муравьи своими слюньками меня назад склеят. Так что, хозяйка, денег прибавить надо, а то, вишь, чего делается.
В другом кабинете – Лена, Данила.
Данила. Лена, что за хрень? (Указывает на большой жёлтый чемодан в углу кабинета).
Лена. Не знаю, Няня приволокла. Говорит срочное дело к Эле.
Данила. А кто это?
Лена. Это няня дочки её, Милы. Материнство – это такая ответственность, а она не готова. Три года, наверное, сама мучается и ребёнка изводит. Теперь хочет вернуть в детский дом. Тема деликатная, но нужна твоя помощь. Надо разузнать там, ну ты понимаешь… С чего начать, какие документы, может договор нужен. Я тебе её карточку по ватс аппу скину.
Кабинет Эли.
Эля. Няня! Что за чушь! Не верю ни в какие сны. Сказки всё это.
Няня. Мы с Милой все сказки перечитали. Она мечтает, чтобы ты ей тоже сказку прочитала.
Эля. Я ей не только прочитаю, я ей сочиню – когда-то неплохо умела до переезда в Москву.
Няня. (Достаёт телефон). Мила смс-ку прислала!
Эля. (Вскакивает). Что там?
Няня. Няня, Чигирёв меня дёргает за косы!
Эля. Знаешь, Нянь, не нагнетай. Мне работать надо. Пока прибавить не могу.
Няня. (Уходя). Смс-ка вчерашняя. Как бы не пожалеть. Знаешь, как бывает: человек говорит, судьба смеётся.
В кабинет, смеясь, заходит Данила. Эля вопросительно смотрит на него.
Данила. Карен к телефону не подходил, я ему смс-ку – где отчёт? Обещал прислать как напьёшься кофе! А он – моё кофе ещё не остыло!
Эля. Ага! Сука! Ничего, я ему сейчас добавлю холодку – моё кофе ещё не остыло!
Данила. Мой!
Данила видит, что Эля не обращает на него внимания и уходит. В их с Леной кабинет заходит Ник, мужчина сильно старше Лены и Маши. Ник здоровается с Леной, пытаясь её поцеловать в щёку, но та уклоняется, и он проходит в кабинет Эли.
Данила. Это кто такой?
Лена. Ну, Данила начальство надо знать в лицо.
Данила. Тогда надо в офисах развешивать их портреты, как в метро. На каждой станции – фотка начальника. Начальству хорошо, и пассажирам приятно, если что – знают кому морду бить.
Лена. Это основной акционер, считай владелец тэцэ «Вишнёвая плаза» и заодно отец счастливой невесты. Так что, иди, проси благословения.
В кабинете Эли.
Ник. Что у нас с отчётом?
Эля. Ага. Погоди, сейчас разберёмся. Давай, про наше соглашение. Двадцатый год наступил. Срок моратория, сука, истёк.
Ник. Что ты хочешь?
Эля. Уволить Лену.
Ник. Ни хера! Про это больше не базарим.
Эля. Наебал, гад! Повязал нас вместе? Две жены, бывшая и нынешняя в одном, сука, флаконе?
Ник. Ты мне, блядь, не жена!
Эля. Ага! У тебя лучше блядь чем жена! Пойду за другого!
В кабинет входят Лена и Данила.
Лена. Надо что-то решать с Кареном! Отчёта нет! До сих пор! Бухгалтерия бесится. Бабам всю ночь работать! Да, кстати, познакомьтесь: Ник, это наш юрист. Предлагает поменять договор с Кареном.
Данила. Очень рад знакомству, Ник! И, чтобы два раза не вставать, прошу руки вашей дочери Эли.
Ник. Не втыкаю!
Лена смеётся. Эля подскакивает к ней и замахивается, потом хватает за волосы. Лена тоже. Сука – блядь, сука – блядь, сука – блядь! Нику удаётся их разнять. Данила стоит солдатиком.
Данила. Не подумайте плохого – у нас будет девственный брак, чисто платонический.
Ник. Не втыкаю! Ты что, в натуре, девственник?
Данила. Все юристы теряют невинность вместе с конституцией.
Ник. Не втыкаю, братан!
Данила. Сейчас внесу поправку!
Лена. Данила, он её любовник, а не отец!
Эля. Уже нет!
Ник. К этим шуткам отношусь я очень отрицательно.
Данила. Если я чего решил, я выпью-то обязательно.
Ник. Ваше предложение, говорю, убогое.
Данила. Морды будем после бить – я вина хочу!
Ник. (Машет рукой). (Даниле) Урегулировали. (Лене) Поезжай к Карену, требуй отчёта!
Лена. Радуйся, Эля! Любовник одобрил твой выбор! (Уходит).
Данила тоже уходит.
Эля. Я тебе говорила! Никитушка, ну, пожалуйста, избавь меня от неё.
Ник. Эля, нам сейчас ни скандалить, ни воевать ни с кем нельзя. Особенно с теми, кто знает про Милу. Потому что документы на неё левые.
Эля. Как ты мог! Знал ведь, как это для меня важно, а сам лажовые бумаги… Что, нельзя было досыпать немного? Сэкономил?
Ник. Да не в этом дело! Знаешь, ведь, у нас в семье по женской линии – пиздец в плане здоровья, сплошной рак к сорока годам. Как у моей мамы, а я с десяти лет с отцом – алконафтом.
Эля. Но она же…
Ник. Не важно. Пусть я на воду дую. Пусть, но думал, что дочь будет здоровой. Ты же хотела только дочь. Поэтому обратился к китайцам. Ну к тем, которые у нас в левом крыле третьего этажа. Теперь китайцы самые передовые. Они свели с Хэ Цзянькуем, биологом. Он сделал, как я просил: исправил у неё геном. Она не заболеет ни СПИДом, ни раком. Теперь, узнаю, что они его приняли и закрыли на три года.
Эля. Блядь!
Ник. Нет, сука, гораздо хуже! Короче! Мне от нервов сексу надо! Втыкаешь? (Закрывает дверь в кабинет на ключ). Если, блядь, сейчас не дашь – не знаю, что сделаю! Втыкаешь?
Кабинет Лены и Данилы.
Лена. Данила, ну, прости меня. Должна же я хоть как-то им отомстить! Рассказать тебе, как всё было?
Данила. Скучно. (смотрит на монитор) Вот ты знаешь, у муравьёв…впрочем, у муравьёв тоже скучно.
Слышно, как поворачивается ключ.
Лена. (Плачет). Что со мной не так? Меня никто не хочет трахнуть.
Данила. Я этого не люблю. (Берёт со стола лист бумаги, мнёт его и поджигает)
Лена. (Хватает кружку, подбегает к Даниле и заливает пожар). Чёрт, чёрт, чёрт! Ну, что – доволен? Я больше не плачу!
Данила. Я не про это!

3. Кабинет Эли. Около полуночи.
Маша. (Стоит и смотрит в окно при выключенном освещении) Нет, не видно моих зефирок, только звёздами насорено. Вы думаете, что звёзды – это что-то большое и важное, а это просто крошки небесного хлебца. (Оборачивается к остальным: Маше, Лене, Никите, Даниле и Няне. Их фигуры и лица видны только благодаря лунному свету).
Пауза.
Маша. Знаете, вас бы здесь не было, но Мила попросила начальство. Поэтому я пришла, чтобы выслушать каждого. Ну, вы понимаете: как произошло то, что произошло. Не волнуйтесь, вам говорить не надо – я читаю текст по лицам. Предлагаю начать с Няни.
Маша говорит за всех. Она подходит к Няне.
Лена. Ой! Можно мне первой? Ведь это я первая приехала к Карену. Блин, за отчётом, конечно. Приезжаю в Вишнёвую, спрашиваю: где Карен? А он в ресторане, в отдельном кабинете, с понтом «работает с документами». Я к нему, спрашиваю: где отчёт? Стоит он такой передо мной сочный, сексуальный, с черноглазый. Красавчик, в общем. Я думаю – почему бы и нет! В общем, трахнул он меня, как я и хотела. Почему? Потому что говорил красивые слова и нежно ласкал. А слова, ласка и сексуальность и есть любовь. А любви всегда так не хватает! Он начал меня касаться. Меня захватила страсть. И его тоже, я это поняла, потому, что оба стали безумны. Касаемся друг друга и от его прикосновений его кожа стала моей кожей, а от моих прикосновений моя кожа стала его кожей. Потом мы обнялись и украли друг у друга наши тела. Ох!
Пауза.
Данила что-говорит на ухо Нику.
Ник. Грех – пока ноги вверх, опустил – господь простил.
Лена. (Нику) Что же ты поехал с ним разбираться, раз такого мнения?
Ник. Я поехал за отчётом! И выяснить насчёт Милы!
Лена. И вот, вот самое главное. После всего я поняла, что это было моё открытие. Да, я открыла моё тело. Оказывается, много лет вот чего я хотела! Не просто потрахаться, а открыть своё тело. Вот так-то, а не то, что некоторые подумали: увидела баба подходящего мужика, значит ложись, девка большая и маленькая. И ещё мне надо было отвязаться от Ника. Понимаете, я с ним с восемнадцати – как влюбилась, так мы сразу стали жить вместе. Как его было не полюбить? Весь такой крутой, красивый… самый лучший! Я думала только для меня, оказалось другие претендентки есть. Сколько я слёз пролила, пока его с разборок ждала и молилась: только бы не убили, только бы живой… Уговорила завязать, затеять бизнес. Пока Вишнёвую подняли – ого-го сколько сил, нервов, здоровья. И всё вместе, как два голубка. Потом бах! Объявилась она (кивает на Элю).
Пауза
Лена. А то, что про Милу Даниле сказала, ну, что её хотят обратно в детдом отдать, так это со злости. Вы понимаете? Кстати, отчёт этот гад так и не отдал. Я позвонила Нику и сказала, что Карен меня трахнул, а отчёт не отдал. Блин, может, зря я это сделала?
Маша. Теперь Данила.
Данила. Всё зло от скуки. От скуки люди становятся тупыми и слабыми. Большинство людей такое. Они превратили свою жизнь в бесконечную суету по дурацким правилам в этом чёртовом муравейнике. Муравей не может нарушить традиций – видно в детстве слепые щенки, мы, муравьи, сосали Королеву, и всосали: нельзя за флажки! Муравей, как робот, делает только то, что прописано в его программе. Программу, в которой секс по таймингу сочинил муравейник! Зачем? Чтобы заменить любовь, потому что она опасна для муравьиной системы своей спонтанностью и непредсказуемостью. Все побежали выполнять и секс стал банальным и скучным! Испарился экстаз, пропала тайна. Секс стал бессмысленным и беспощадным. Но были те, кто не поддался. Я, например.
Я с самого детства чуял запах жизни, слышал биение её сердца, трогал её плоть. Я слышал из самой глубины организма множество голосов. Я не знал о чём они говорят, чего хотят. Когда вырос, понял, они говорили об опасности. Опасности нелюбви! Формула такая: хочешь любви – уничтожь, сука, скуку! Пусть даже здесь, на небольшом пространстве, я обязан воевать со скукой! Поэтому, когда узнал от подруги по универу, что все документы по этой девочке Миле – фальшак, то понял: у меня в руке меч, которым я порублю в муку всю скуку. Сделал бумагу, типа запрос от китайцев, а подруге сказал забрать Милу из школы, для надёжности. Пошёл к Никите с Машей. Показал запрос, говорю: так и так, с вас сто пятьдесят тысяч американских президентов. Просят перечислить на счёт благотворительного фонда. Ник поначалу бычился, но потом взял себя в руки и стал пробивать ситуацию. А Эля позвонила в школу, выяснила, что Милы в школе нет и стала истерить. Кое как успокоили. Так что, всё пошло по плану. Как мне казалось – я не знал, что девочки вообще сегодня в школе не было.
Маша. Самое время спросить у Няни – может перевезём сюда из той комнаты твой жёлтый чемодан и откроем его?
Няня. (Вскакивает) Нет!
Данила. Как говорится, одна голова хорошо, а все тело – лучше.
Пауза.
Данила. Извините, что влезаю, но я договорю. Муравьи, чтобы не скучать, постоянно воюют. Хренакнут соседей, а те мобилизуются и отвечают, как можно агрессивно! Молодцы! Не то, что люди – давайте договариваться, война никому не нужна и прочая скучная хрень. Тьфу!
Маша. Эля?
Эля. Понимаете, я так воспитана, мне нужна семья, муж, дети. Если это всё есть, то значит всё Ок. Я вполне себе нормальная, состоявшаяся женщина! Ага! Только не хватает маленькой детальки – штампа в паспорте. Скажите, провинциальный подход? Разве вы не видите, что к замужним относятся серьёзней, чем к холостым там, или разведённым? Вот. Значит, штамп – это социальный статус и прочее. И ещё у меня мама! Мама же пилит! Даже когда молчит, пилит: Эля, когда выйдешь замуж по-человечески, с заксом, платьем и Мендельсоном?
Данила. Люди женятся, ебутся, а нам не во что обуться!
Маша. Данила!
Данила. Это я, чтобы скучно не было!
Маша. Эля! Про Милу! Почему ты ничего не говоришь про Милу?
Эля. (Плачет) Извини, сейчас. (Приводит себя в порядок) Ага, значит, как я узнала про Милу, так сразу стала Ника трясти, чтобы денег не жалел. Пока туда – сюда, через час где-то деньги перевели. Мы же не знали, что… (Опять плачет)
Маша. Ник, твоя очередь!
Ник. Как в Вишнёвую приехали, в натуре, я сразу заявил Карену, что не по Хуану его сомбреро.
Маша. Ник, по порядку!
Ник. Просто тут про ответку…ладно. Пробили мне фонд этот. За ним авторитетные люди. Кое – кого даже знаю: начинали с церквей там, электричек всяких. Милостыню собирали. А сейчас вон как поднялись. Так что страховочка была. Деньги кинул безбоязно. Не вопрос. Меня другая проблема, в натуре, волнует. Я люблю обеих. Так вышло. И Ленку и Элю. Прям тупик какой-то. Одна хочет лишить меня свободы, а вторая денег. Если бы мы жили втроём, то есть, конечно, вчетвером, с Милой, тогда всё было бы, в натуре, хорошо.
Пауза.
Ник. Не знаю почему, я связал один к одному. Вышло, что с Милой это Карен устроил. Я ему предъяву кинул. А он: очен ты меня, Ник, обыдел! И понеслась!
Маша. Расстаться не смоглось, мозги уехали, понеслось! Ник, как вышло так, что Карен вас всех четверых убил?
Ник. А ты нож его видела? Не кинжал, в натуре, целый меч спартанский.
Маша. Включает приёмник. Сообщают, что некая женщина захватила девочку семи лет, у которой она была няней и забаррикадировалась у себя в квартире, требуя не отдавать ребёнка в детский дом. Сигнал поступил от соседки, увидевшей женщину с девочкой в учебное время. Представители силовых ведомств связаться с родителями не смогли.
Маша выключает приёмник и идёт в соседний кабинет. Через минуту привозит тот самый жёлтый чемодан на колёсиках и ставит его перед Няней. С одного бока на нём красные разводы.
Няня. Я с Милой четвёртый год. И хотя у меня и высшее педагогическое и большой опыт, меня Эля взяла потому что я некрасивая. Главный критерий у неё такой, но я не в обиде. Девочку она не знала и не представляла, что с ней делать. Мила славная, сообразительная, очень нежная. Со своей спецификой, конечно, потому что из сиротского дома. В Начале каждую ночь она садилась в кровати и раскачивалась. Эля знала, но предпочитала не обращать внимания. Понимаете, у сирот или брошенных, у них главная цель в жизни – выживание. Один из приёмов выжить в детском концентрационном доме – это успокоиться. Вот они и находят способ – будят в себе «внутреннюю» маму и качают, успокаивают себя, как бы их мама это делала. Целый год я сидела с ней, брала на руки и качалось вместе с ней. Вроде прошло. Но накануне первого сентября, когда в первый класс собирались, она пришла ко мне и говорит: «Мама! (Она меня мамой называла, не при Эли, конечно)».
Эля. Я ей запретила называть меня мамой. У меня имя есть, в конце концов!
Няня. Так вот. Мила говорит: «Мама! Можно я сегодня покачаюсь?» Я ей разрешила. Надеюсь, что это было в последний раз. Перед школой она и читать, и писать умела. До тысячи считать. Я научила. Эля же по два – три раза в неделю за полночь возвращается. Я понимаю, дело молодое, надо и по клубам походить.
Иногда Мила могла вдруг выкинуть фортель: однажды потребовала покормить её грудью. Не знаю, что на неё нашло. Купила бутылочку с соской и покормила молоком. Сиротство – это болезнь. Его лечить надо, а не пандемию разводить.
Смотрит на чемодан.
Я всегда хотела облегчить ей участь.
Пауза.
Эля подарила Миле большого плюшевого медведя, но играла в него сама. Поэтому Мила его ненавидела и попросила меня выкинуть игрушку. А как я могу? Запихнула в чемодан и привезла сюда.
Маша. Что он такой грязный?
Няня. Из Авиты. По дешёвке.
Маша открывает чемодан и достаёт из него плюшевого медведя.
Приёмник включается сам. В связи с угрозой жизни ребёнку, командиром спецподразделения было принято решение о штурме квартиры, в ходе которого террористка была ликвидирована. Детский омбудсмен заявил, что к воспитателю были вопросы по соблюдению учебного процесса.
Няня. Простите меня, я не знала, что государство научилось стрелять по детям.
Пауза.
Маша. Мила меня спросила: будут ли её там также дёргать за косы. А как бы ты хотела? Она пожала плечами и оставаться отказалась. Попросила за вас. Данилу она не знала, но это не важно. (Достаёт коробку с зефиром). Сейчас я каждому раздам по пирожному. Кто захочет остаться, а вариант только один – возраст семь лет и детдом, тот пусть зефир не ест. (Раздаёт пять штук)
Лена. Ура! У меня зефир с оргазмом – прям как я хотела!
Эля. А у меня с браком!
Данила. У меня вместо мужской силы – муравьи, будь они неладны!
Ник. У меня таблетка от всех болезней! Очень вовремя!
Няня. У меня сказка – что сейчас может быть лучше сказки?
Маша зажигает свет. Кроме неё в кабинете никого нет.
Маша. Странно, осталась последняя зефирка. С небесами. Самой, что ли, съесть?
Приёмник опять включается сам. Это были чрезвычайные новости. А сейчас камерный оркестр филармонии и золотое сопрано нашей страны исполнит произведение советского гитариста, лютниста и композитора Владимира Вавилова «Ave Maria», «Радуйся, Мария». Звучит музыка.

ЗАНАВЕС

Loading Likes...
Запись опубликована в рубрике БЛОГИ с метками , . Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Добавить комментарий