1 комментарий

  1. Михаил Юрьевич, с утра, бывалыча, поразмяв круто слёжанные за ночь икры, поразмяв-потянув, хорошенько поиграв лодыжкой да поплясав на носках, бегал от Собачьей площадки до Волхонки. Бежит так себе мимо памятника Гоголю и говорит-приветствует: “Здравствуй, Гоголь”, – сделает кружок мимо, остановится, потянется вниз да к носкам, сверху да к носкам, да вздох-выдох, и бежит дальше по Гоголевскому – иногда через Филипповский – вертит своей круглой головой, сочиняет, значит. Навстречу булочница с целым буфетом, он – раз – и булочку – калач в иной раз, в нечётный – и в рот, а по усам мак сыплется, катится, блестит; смеётся поэт, рукой машет, а сказать не может – занят: мол, булочница-булочница, девица Калашникова, пришлю тебе пятак в обед, не серчай, что так вот, без поцелуя, как Пушкин обыкновенно, – не могу, спешу, говорит, за рифмой, потому как забыться б и заснуть, но физкультура, нормы ГТО, КМС и беседы о Канте после боя с черкесами ещё никто не отменял…

Оставить комментарий