***

Прости за дурную привычку тебе не писать,
но это занятие кажется мне интересней,
чем просто смотреть, как протяжно ползут небеса
туда, где мы будем, когда упокоимся с песней.

Прости за дурную привычку тебе не звонить.
Ты с детства хотела казаться вне доступа связи.
И если услышишь гудок и мой шепот за ним,
то лучше разбей телефон и гуляй восвояси.

Прости за дурную привычку – нормальный рефрен.
Он так постоянен, как чувство рождённое нами.
И что-то хорошее слышится в каждой строфе,
И нежное что-то молчит уцелевший динамик.

Прости за дурную привычку: тебя не любить.
Пожалуй, что в этом единственном я безнадежен.
Каких ещё надо высот мне достичь и глубин?
Куда позвонить, написать?
…Позывные всё те же.

***

Холодно, холодно мне и печально,
даже когда прикасаюсь к тебе.
Не потому ль пожимает плечами
белое небо в моём октябре?
Холодно, холодно мне и печально.

Было ли, не было, помнить не помню.
Ты говорила – и верилось мне,
что заполняет сердечную пойму
жаркое небо, которого не…
Было ли, не было, помнить не помню.

Сыро на улице, в доме тревожно.
Руки на холоде, ноги в тепле.
Будто на все времена подорожник,
белое небо в моём октябре.

***

Говорили мне черти: стихов не пиши,
лучше пой и пляши на погибель души.

Прожигая судьбу, привыкаешь к огню.
Я, как мошек, удобные мысли гоню.

Я стихов не писал, я не пел, не плясал.
Одиноко бродил по заветным лесам.

Не дорогой прямой, но звериной тропой,
где любой бугорок – это шаг за Тобой.

И подобно слепым, осязающим свет,
я предчувствовал Твой
выпирающий след.

***

Расплетаешь постель, как речную косу.
Вот и я, успокоясь, готовлюсь ко сну.

Так в иное пространство с мыска на мысок
переходим - и нас поглощает песок.

Просыпаешься, будишь меня. За окном
только свет фонарей и луны окоём.

Всё настолько обыденно, что на душе
существуют одни речевые клише.

THE HAPPIEST DAYS OF OUR LIVES

Когда появится больше свободного времени,
я непременно займусь воспитанием подрастающего поколения.
Все без исключения будут мной самолично проверены,
пронумерованы, привиты, проклеены.

Хорошие дети имеют стандартное программное обеспечение,
полную комплектацию, безукоризненную комплекцию,
четыре конечности, что естественно, здоровую печень и
являются гордостью отечественной селекции.

Я уже представляю себе, как бежит коридорами узкими
новое поколение любителей симфонической музыки:
в одинаковых трусиках, в одинаковых маечках –
мальчики, похожие на девочек, и девочки,
похожие на мальчиков.

МАЗУРКА

Ничего необычного, просто живу, как умею.
Говорят, что любим я и всеми святыми храним.
Никаких аномалий, поклонов зелёному змею,
бесконечных истерик и прочей вселенской херни.

Аккуратное счастье моё совершает прогулки,
озирая холмы, так сказать, с высоты моих плеч,
как положено, утром и вечером, в темпе мазурки.
(Этот опытный танец любого способен увлечь).

Три восьмых на создание имиджа умного тела
и хождение по кабинетам пиздец-колесом,
пять шестнадцатых женщине отдано, ибо – хотела,
целый час – гигиене, а всё остальное – на сон.

Если сердце сжимается до состояния бога
от желания мир изменить, обновить его речь,
я дышу глубоко, и меня отпускает немного.
(Этот опытный танец любого способен отвлечь).

Ничего необычного, шаг мой и лёгок, и мягок,
гладко выбрит фонарь на углу и подстрижен изгиб
абсолютной дороги, но каждое слово двояко
понимаю и смысла (и сраму) не имут мозги.

***

Вот бы собрать всех своих детей,
под одной крышей собрать детей,
закрыть крепко-накрепко двери,
окна закрыть крепко-накрепко,
щели замазать смолой, заклеить
вентиляцию скотчем
и включить газ.

Вот бы усадить всех своих женщин,
за один стол усадить всех женщин,
накормить их досыта, напоить их
допьяна, напоить, накормить досыта
едой самой вкусной, вином самым
сладким, вином напоить
и вспороть животы.

Вот бы поселить всех своих друзей,
в одном доме поселить всех друзей,
под одной крышей собрать, за один
стол усадить и включить, и вспороть,
и взорвать, и вспороть, и включить,
и взорвать всех.

Вот бы мне оказаться на острове,
на необитаемом острове оказаться
и научиться разговаривать
с птицами на простом
человеческом
языке.

***

О, небеса обетованные,
где я господствовать привык,
давайте что-нибудь из Байрона
переведу на ваш язык.

Хотя бы слово, препинание,
порыв нечаянных идей.
Ложится облако орнаментом
на плечи маленьких людей.

И будто мясо режут масляным
таким неправильным ножом:
все на один престол помазаны,
на тот, который под столом.

Тоска такая, будто нечисти
поставлен сумрак на крови,
и все любили не отечества,
но только отчества свои.

И просто боль, и просто радуга,
и просто счастье – предпочесть
под звуки старенького радио
палатку неба номер шесть.

***

Знаю, боже, верю, боже,
мгла за светом, свет за мглой.
В этой жизни смысла больше,
чем представиться могло.
Отпусти меня до срока,
без нужды не принимай.
Мир в крестах открытых окон –
разом воля и тюрьма.

***

Даже самые страшные упущения можно
переквалифицировать в незначительные потери,
если женщина являет собой бесполезную вещь
в твоём заботливо созданном интерьере.
Как-то неловко существовать в мире,
где поднятый стульчак является камнем
преткновения в решении многих
социально-значимых задач.
Хоть пей натощак,
хоть плачь.