Он прикинул, хватит ли одного удара. Прищурился, высунул язык. В какой уже раз взвесил на ладони обычную деревянную шестиструнную гитару. Оскалился кривой вставной челюстью.
Молодая блондинка переходила дорогу. Каблучки стучали по мокрому от послеобеденного дождя асфальту. Красное платье шуршало. Она встала на другом конце улицы, на автобусной остановке.
Ночь набросила свое дырявое покрывало, через которое бил писклявый свет звезд.
Старый уличный фонарь, неоднократно обмоченный всякой живностью, осветил голову блондинки.
Он спрятал свою улыбку подальше, прилизал волосы мозолистой рукой, богато заправленной слюной, поправил съехавшую набок вставную челюсть, застегнул ширинку. Открыл дверцу старенького «мустанга». Грузно вывалился на холодную землю. Встал, отряхнулся. В бессилии пнул машину. Выругался. Блядь. Направился в сторону блондинки, перекидывая гитару из одной потной ладони в другую.
Блондинка внимательно рассматривала рекламу, изображавшую обкуренного кретина, танцующего с ожившими бобами продукции «Бобс и Бо». «У нас всегда живой и свежий товар. С нами не соскучишься.», гласила надпись под картинкой. Блондинка подумала, что это забавно – иметь съедобных друзей.
Он двигался широким шагом, немного качаясь на ходу. Поблизости никого не было. Поздний вечер, когда все добропорядочные люди уже выпивают последний бокал вина перед сном.
Блондинка была занята рекламой, когда между ними оставалось каких-то десять шагов.
Он уже набрасывал на нее свою тень, а она ничего не замечала.
Мысли блондинки все еще были о живых бобах, когда они пролились на холодный и мокрый асфальт вместе с розовым говном мозгов.
Он довольно отметил про себя, что бездыханное тело шмякнулось прямо на его ботинки.
Из широкой дырки в темени блондики торчала обычная деревянная шестиструнная гитара. Кровь смешалась с мозгами и кусочками черепа. Волосы блондинки слиплись и застыли алым комом.
Пора уходить. Труп можно оставить здесь. Кому она нужна? Ладно, некрофилов и каннибалов не так много.
Он вытер носки своих мартенов клоком красного платья блондинки. Осмотрел ее. Получил удовлетворение плодами своей работы. Зашагал к машине.
Он подумал, что хорошо было бы научиться играть на гитаре.