Миниатюры

Интересно

У Тани была тайная страсть к повешению. Она и сама не могла объяснить, чем это ее так волнует. Какое-то мучительное любопытство заставляло ее вешать что и кого попало. Любимой игрой у Тани было повешение кукол. Она привязывала их на веревочки за ноги, за руки, но чаще за голову и подвешивала на люстре в детской. Куклы некоторое время покачивались, увлекаемые межкомнатным сквозняком и равнодушно поворачивались вокруг оси. Но рано или поздно маятники замирали, Таня чувствовало, что жизнь ушла, и сразу становилось неинтересно.

Интереснее вышло с черепахой (кошку родители не разрешали, возможно, к лучшему). Таня подвесила ее за голову, чтобы посмотреть, натянет ли она панцирь. Черепашка барахтала короткими костяными лапами, силилась спрятаться, но не могла. Силы ее кончились, и черепашка издохла. Вешала Таня хомяка, но ему удалось выскользнуть из неумелой таниной петли и спрятаться в дырку под полом, где он жил, пока не сдох от голода и тоски, и долго вонял, раздражая маму. Хотела Таня повесить младшего брата, но передумала, испугалась, что мама будет ругать.

Когда Таня сама оказалась повешенной, она даже не удивилась. Она словно знала, что когда-нибудь это произойдёт, и своими усилиями только подготавливала почву. Повесил ее Василий, парень, с которым она встречалась, потом вроде как бросила и переспала с другим, но тонкая организация Василия этого не вынесла и требовала вендетты. Он позвал Таню к себе домой под предлогом решительного разговора, связал ей руки и повесил на крюке от люстры, за шею, выбив из под ног хлипкий стол. Таня не сопротивлялась, ей было интересно.

 

Котята

Степанида Павловна родила и вырастила трёх дочерей и теперь воспитывала пятерых внуков, которых ей по очереди привозили из города замученные урбанистическим ритмом дочери со своими не менее загнанными мужьями.

Степанида Павловна жила в своём доме вместе с мужем на окраине маленького провинциального городка, вдали от суеты и современного ритма жизни: сон, зарядка, огород, сериал и, конечно, внуки… Вот и все ее развлечения.

Воспитателем Степанида была от бога. Тонко чувствовала, умела ставить рамки, правильно мотивировала и никогда на внуков не злилась.

Но по деревенской традиции Степанида Павловна топила котят, которых дважды в год приносила ей кошка Джульетта. Степанида не ощущала по этому поводу угрызений, так проявлялись в ней неумолимые силы природы, которые одновременно могут давать жизнь и отнимать. «Так устроен мир», – думала Степанида, наливала в эмалированное ведро воды по верхнюю полоску и быстро, одного за другим, опускала в него розовых, слепых котят. «Не мучаются, – думала она, – святые».

Держали они с мужем одно время собаку по имени Дартаньян. Глупый, трусливый пёс только сидел в своей конуре и гадил вокруг, сколько цепи хватало. Однажды от отчаяния он перегрыз ствол молодой вишни. И Степанида вывезла Дартаньяна туда, где кончались поля и начиналась какая-то неизвестная покинутая людьми деревня.

А вот кошку свою, Джульетту, Степанида Павловна любила. «Она, как я, только животное», – думала Степанида. Тихая, послушная, все понимает, не мяукнет лишний раз. А главное, огурцы ела и умела мышей ловить. Но Джульетта старела, стала с возрастом мнительна и чуть что – мстила.

«Не знаю, откуда у неё такая черта», – думала про любимицу Степанида.

 

Однажды, после того, как канул в ведре очередной приплод, Джульетту будто подменили. Она стала выслеживать, какие из растений Степанида Павловна опекает особо, а потом перегрызала и приносила увядающие плети к порогу дома. Степанида Павловна терпела, прощая любимую кошку за неосознанное вредительство. Но Джульетта не успокаивалась и продолжала за что-то мстить. Тогда Степанида Павловна отвезла ее в ту же деревню, куда год назад переехал Дартаньян.

Степанида ехала назад и не замечала, что собирает колесами все колдобины на дороге. Слезы застилали глаза. Казалось, она оставила у лесопосадки часть себя, и когда-нибудь дочери точно так же вывезут ее в поле и оставят. И Степанида плакала, жалея свою увядающую жизнь и одновременно чувствуя необъяснимое злорадство.

 

МИККИ

У Миши умирал мыш. Микки, домашний питомец. Вообще-то Микки жил уже давно,  столько не живут карликовые лабораторные мыши. Его братья и сестры, мыши того же помета, и даже их дети, уже «ушли», Миша знал об этом от мамы, которая работала в лаборатории, откуда и принесла Микки два года назад. И теперь он должен был умереть, уже пора было. Миша был к этому готов, даже придумал, как похоронит: в коробке из-под маминого шарфика Гермес, которую он закопает в парке под деревом, недалеко от ручья, где однажды запускал кораблик из щепки. Миша представлял, что проснётся, а Микки лежит неподвижно в оранжевой веселой коробочке, весь такой беленький и красивый, и они торжественно идут в парк, выкапывают ямку и хоронят. Мама плачет, папа грустно шутит, мол, вот и все, пора подумать о новом питомце. А мама скажет: да, надо решать, оставляем мы клетку или нет. И они пойдут в зоомагазин выбирать шиншиллу.

Но Микки умирал иначе: он весь облез, сильно чесался, разодрал себе до крови бок, расцарапал глаз и слева на мордочке свисал небольшой кровавый лоскут кожи. Выглядело ужасно. Мама мазала Микки каким-то лечебным маслом, от которого он все время казался мокрым, но это не помогало, кроме того от лекарства Микки себя странно вел: вертелся на месте, подпрыгивал, нервно вздрагивал хвостом. Навертевшими и издёргавшись, он в неестественной, напряженной позе замирал, вытянувшись вперёд и положив на лапы изодранную морду.

Мише страшно было на него смотреть, неприятно брать в руки, и красивая оранжевая коробочка уже казалась для мыша слишком хорошей. От Микки стало плохо пахнуть, хоть ему и меняли подстилку каждый день. Смерть была неприглядной, отвратительной, Миша не был к этому готов. Жалость и отвращение, которыми он наполнялся до краев, глядя на Микки, побуждали его к странным мыслям, хотелось убить мыша, чтобы не мучился, и, чтобы не мучал его. Борясь с отвращением, Миша часами смотрел на клетку, размышляя о том, как осуществить задуманное. Он решил, что нужно подсыпать в воду яд, но не знал, где его взять, а просить у мамы боялся.

Микки между тем становилось все хуже, он уже ничего не видел и совсем не ел, и однажды утром Миша заметил, что он больше не двигается в своём домике из бумажной туалетной втулки, в которой последнее время всегда лежал. Глядя на замерший хвост, Миша пару раз стукнул по клетке, подождал, стукнул снова и вдруг испугался. Кто-то без его участия осуществил его план.

 

Мама принесла оранжевую коробку и за хвост положила в нее окоченевшего мыша. Миша заплакал. Он проплакал безутешно весь день. После работы пришел папа, и они похоронили Микки в парке, но не там, где хотел Миша, а ближе к дому. Выкладывая из камешков на земляном холме что-то вроде креста, Миша плакал. Он больше не хотел шиншиллу.

 

ПАСТУХ
(история из серии тжд*)

Подсознательно Марина знала, что Сергей врет ей, чувствовала, что-то с ним не так, уж больно хороший, не требовательный, как остальные, изредка появлявшиеся в ее жизни мужчины. Теперь все сошлось, но Марина мысленно снова и снова перепроверяла, сравнивала улики и подверстывала к догадкам факты.

Сергей приходил два раза в неделю по одним и тем же дням, в среду и в пятницу, в остальные дни уставал на работе или нужно было маме помочь. Разувшись, щедро и ласково обняв Марину, Сергей просил поесть, и ел так, будто это самое лучшее, что ему доводилось пробовать. Это Марине льстило. Иногда он привозил в пакете магазина «Пятерочка» несколько рубашек, которые Марина безропотно брала, стирала и гладила,  ей было приятно заботиться о Сергее. К следующему его приходу рубашки будут висеть на новых плечиках в аккуратном гофре, а пока можно лежать с Сергеем в обнимку перед телевизором, любить его, и потом всю ночь смотреть на его детское, расслабленное во сне лицо, и мерно вздымающееся от дыхание одеяло.

Сергей жил с мамой, и однажды познакомил их с Мариной. Надежда Николаевна оказалась полной высокой старушкой, из бывших госслужащих, работала то ли в ЖЭКе, то ли в паспортном столе, где до сих пор у нее было полно знакомых.

– Мариночка, если вам будет нужно чего, вы, пожалуйста, не стесняйтесь, обращайтесь ко мне. Справку какую-нибудь, прописать – выписать, заменить паспорт. Сделаем все без очереди. Мы же теперь одна семья. Как я рада, что Сережа наконец-то нас познакомил. Мне в этом году шестьдесят пять, я уже заждалась внуков. А вы мне нравитесь. Рубашки стираете, я уже не могу, суставы. Мариночка, давайте с вами на ты. Как подруги.

И с тех пор они иногда созванивались. Надежда Николаевна и сдала Сергея, почти каждый день она звонила и отчитывалась, мол, Мариночка, поехал к тебе, но к Марине он так и не приезжал, а задерживался на работе или помогал маме. Потом Марина мельком увидела сообщения от какой-то Светы, которую Сергей называл так же, как и ее, «малыш». Марина спросила Сергея. «Кассирша из моей смены, мы с ней со школы дружны. Не бери в голову, ерунда это ». Марина промолчала, вдруг правда друзья детства. А когда на шее у Сергея появился синяк, и он сказал, что это Света дурачилась и укусила, Марина все же заподозрила, что Сергей изменяет. Стала приглядываться и поняла, что он,  кажется, не особенно и скрывает, переписывается в телефоне, выходит разговаривать на балкон, раздражается, если спрашивать, ничего не объясняет, а только отмахивается: «Не обращай внимание, по работе».

 

Чтобы подтвердить или опровергнуть опасения, Марина подружились в контакте с начальницей супермаркета, в котором работал Сергей. Это оказалось не сложно. Сергей часто рассказывал о ней, о том, какая Катерина Павловна Кулешова деспотичная сложная женщина, и как она строит всех, он даже показал ее фотографии, мол, смотри, какая железобетонная баба. На выходные он поехал в командировку по поручению Катерины Павловны, какая-то там пищевая выставка для сетей, и вскоре на ее странице в контакте появились солнечные фотографии с Дворцового моста, где она стоит в обнимку с Сергеем, который казался мелковатым рядом с ней. Когда Сергей вернулся из командировки и приехал к Марине, усталый и измученный, она ничего не сказала ему, дождалась, пока уснет, и прочла его переписку в вапсапе. Он называл «малыш» как минимум восемь разных женщин. Сергей был казановой, Марина даже вспомнила, что сам о себе он несколько раз говорил в каком-то странном смысле, что он – пастух, пасущий стадо, шмель, опыляющий цветочный луг. Теперь эти поэтические сравнения прояснились.

Марина выкинула с балкона выстиранные и выглаженные рубашки, выставила сумку Сергея за дверь,  вылила ему, спящему, на голову ковш ледяной воды и, едва он очухался, полу-голого вытолкала за двери. Там он некоторое время кричал:
– Я же для тебя старался! Дура! Знаешь, сколько вас таких, одиноких, которые только и ждут хоть кого-нибудь, хоть какого. Я же рубашки тебе свои привозил! Я же тебя познакомил с мамой!
– Да, – сидя у двери и рыдая, думала, Марина, – в этом и был твой прокол. Не надо было знакомить с мамой.

Марина так плакала, что через несколько дней на кухне потек кран. Сергей будто каким-то шестым чувством понял, что нужен ей, и написал. Она попросила, чтобы он приехал. «А что делать? Не платить же «мужу на час», который за замену смесителя попросит неадекватных денег». После ремонта на кухне они прошли в комнату, где по деловому, без романтики и прелюдий, занялись сексом.

– Ты меня хоть покормишь? – спросил после этого Сергей.

– Могу подогреть борщ. Будешь?

– Буду, – обрадовался он.

Выпроваживая Сергея, Марина сказала:

– Ладно, можешь приходить по средам и пятницам, как раньше. Но чтобы никаких рубашек, и общения с мамой. Для этого другую дуру найди.

*ТЖД – тяжелая женская доля

 

ТЕХНИКА ХОЛОДНЫХ ЗВОНКОВ

 – Алло, здравствуйте. Это Сергей Степанович?
– Да, весь внимание.
– Меня зовут Маргарита Вошкина. Я представляю банк Амега. Вы зарекомендовали себя как хороший клиент, и мы хотим сделать вам уникальное выгодное предложение – кредитная карта с лимитом по снятию 500 тысяч с нулевым процентом до 55 дней. Вы можете заказать карту по телефону. Наш курьер доставит вам ее бесплатно в течение трех дней. Предложение ограничено. … Алло? Вы здесь?
– Да.
– Если у вас есть какие-нибудь вопросы, я готова на них ответить.
– Да, спасибо. Подскажите, чем отличаются параллелепипед и параллелограмм? Со вчерашнего дня мучаюсь, не могу вспомнить.
– Эээ. Кажется, что-то квадратное. А по поводу карты что?
– Вы знаете, только что по телевизору рассказывали, что масштаб США на карте сильно преувеличен. Все же неправильно проецировать шар на прямоугольник. Как вы думаете?
– Ничего об этом не знаю.
– Я думал, мы обсуждаем карту.
– Вам удобно вообще говорить? Может, мне перезвонить попозже?
– Нет, нет, что вы, сейчас самое хорошее время. Я позавтракал, сходил в туалет. Вы знаете, в моем возрасте это очень важно. Как говорят в рекламе: это сделало мой день. Ну и вы тоже. Спасибо, что позвонили. Ой, простите, я совсем вас заговорил. А вы что-то мне предлагали. Не могли бы вы повторить?
– Меня зовут Маргарита Вошкина. Я представляю банк Амега. Вы зарекомендовали себя как хороший клиент, и мы хотим сделать вам выгодное предложение – кредитная карта с лимитом по снятию 500 тысяч с нулевым процентом до 55 дней. Вы можете заказать карту по телефону. Наш курьер доставит вам ее бесплатно в течение трех дней. Предложение ограничено. Если у вас есть какие-то вопросы, я готова на них ответить.
– Да, один вопрос есть. Все, что вы сейчас сказали, вы наизусть помните или с листа читаете?
– Какое это имеет значение? Наизусть.
– Удивительно! Какая хорошая у вас память, надо же. Моя ни к черту. Вы пока до конца сказали, я начало забыл. Не могли бы вы повторить?
– Меня зовут Маргарита Вошкина. Я представляю банк Амега. Вы зарекомендовали себя как хороший клиент, и мы хотим сделать вам уникальное выгодное предложение – кредитная карта с лимитом по снятию 500 тысяч с нулевым процентом до 55 дней. Вы можете заказать карту по телефону. Наш курьер доставит вам ее бесплатно в течение трех дней. Предложение ограничено. Если у вас есть какие-нибудь вопросы, я готова на них ответить.
– Удивительная у вас память, просто удивительная. Даже жаль, что предложения ограниченные. Наверное, поэтому я ничего не понял. Слова все какие-то, как параллелепипед или параллелограмм. Не могли бы вы объяснить попроще?
– Что объяснить?
– Суть вашего предложения.
– Мы кредит вам предлагаем. Карту с деньгами. Кредитную.
– В долг что ли хотите дать?
– Вроде того. Тратите, сколько угодно.
– Надо же. Раньше в долг нужно было просить, теперь сами предлагают. Удивительно все-таки. Какие добрые люди у вас в банке работают. Даже жаль, что деньги мне не нужны. Но говорить с вами очень приятно. Вы молодая, голос бойкий. Как вас зовут?
– Да пошёл ты!
– А, точно, Маргарита. Простите мне мою…

Пи. Пи. Пи. Оцените качество услуги по пятибалльной шкале: отлично – нажмите клавишу 5…, хорошо – клавиша 4…

– Фу, как непрофессионально. Ну ничего, скоро Антонина из РосОкон будет звонить. Их мастер по четвергам всегда работает в нашем районе.

 

Экономия

Петя был очень экономный. «Каждая вещь должна израсходовать свой ресурс», – говорил он. И у него вещи подолгу не кончались. Нормально работал чайник, по-прежнему кипятил, только крышка не закрывалась и не отключался сам. Микроволновка не крутила, но ее не выкидывали,  второй год Галя ждала, что Петя купит редкую деталь и отремонтирует. Кофемолку, чтобы работала, требовалось прижимать тяжелым, например, сковородкой. Утюг, чтобы грелся, нужно ударить левым боком о стену, тогда работал, только пар не пускал.

Неожиданно и подло сломался на кухне кран. Петя посмотрел в интернете цены и офигел. «Дорого. Давай на али-экспресс закажем, всего пару недель идти». Галя взбунтовалась. Она не хотела жить без крана на кухне «пару недель», и стала уговаривать Петю купить как-нибудь поскорее. Он не соглашался. Тогда Галя обиделась и высказала все: про чайник, утюг и микроволновку. Петя обиделся, отломал кран, выкинул с балкона чайник, разбил о стену утюг. Микроволновку не тронул, долго было с антресолей снимать. Галя обиделась, и Петю обругала так, что соседи на два этажа выше узнали, какой он жмыра и скупердяй. Петя обиделся и не поехал к Галиной маме на день рождения. Галя обиделась и решила не пускать его с друзьями бухать. Петя обиделся и пошел без разрешения. Галя обиделась и решила не давать. Петя обиделся и перешел на ручной привод. Галя обиделась и сказала: «Я разлюбила тебя». Петя обиделся, и сказал: «Похер». Галя обиделась, и вызвала мужа на час. Петя обиделся, и купил проститутку. Галя обиделась и сказала: «Тогда развод».  Петя обиделся и согласился.

Теперь в разводе. На кране, правда, так и не сэкономили, пришлось новую раковину покупать и платить «мужу на час» за замену. Проститутка еще в копеечку обошлась. Зато на поездке в Турцию выгадали. Петя вовсе не поехал, а за Галю новый ухажер платил.

Loading Likes...

Об авторе Мария Косовская

Почитываю и пописываю...
Запись опубликована в рубрике ПУБЛИКАЦИИ. Добавьте в закладки постоянную ссылку.

2 Responses to Миниатюры

  1. Доветров пишет:

    Щенков везут к нам, в Черноголовку. Так что велком. Каждую весну, чуть потеплеет из окрестных деревень (Ямкино, Бутово, Горячие петрищи и др) начинается подгон щенков. Везут их не на продажу, не на раздачу, просто выпускают где-нибудь в Черноголовке, да и дело с концом. И бегают эти барбосы лето плюс осень от Пятёрочки до Дикси, а к январским идам куда-то исчезают. «Куда делись утки в центральном парке? Не грусти. Наверное, улетели» (М. Свищёв, семинар Ю. Кузнецова). Но едва апрель перевалит свой экватор, в светлые, как правило, седмицы всё начинается по новой. И кажется, это те же барбосы, что и год назад.
    Вообще рассказ о Степаниде Павловне мне «так себе, ничего хорошего». Ну а как? Начинается шквалом стереотипов, но ведь суть урбано – боязнь опоздать и не более – из пробки в метро, из метро в пробку вот и все нехитрые развлечения урбанистов. У Степаниды-то разумных развлечений по более будет. Ну и методы убеждения соответствующие: сегодня он танцует джаз, а завтра Родину продаст. Плохого, однако, тоже не скажу, всё-таки пёс Дартаньян, а кошка Джульетта.

    Мне нравится Микки. Он даже лучше, чем Разочарование. Здесь есть и вкус, и навал, и удар по горлу. Из этого текста можно выделять идеи, причём, весьма сложные.
    1. Главная претензия к первому абзацу: слишком много информации на единицу площади. Размышлял, откуда вообще берётся такая система изложения. Думаю, это от дикторов TV расползается по ментальному пространству.
    2. Похожее звучание имён Микки и Миша мешает, особенно, в первом абзаце, в этом абзаце Микки + Миша встречается 8 раз.
    3. Вряд ли Миша физически несколько часов в день смотрел на умирающего грызуна. Понятно, что он об этом много думал, но не вот так же вот – сидел и смотрел. Это не помарка, не мелочь, это создаёт неприятное ощущение: автор за словом в карман не лезет. Если бы у автора был широкий читатель, уже кто-нибудь, к бабке не ходи, стуканул бы ювенальному «у них мальчик часами смотрит на мышку».

Добавить комментарий